3 июля 2008 года Президентом России Д.Медведевым была принята новая «Концепция государственной политики Российской Федерации в отношении российского казачества», целью которой является развитие государственной политики Российской Федерации по возрождению российского казачества, обобщение принципов государственной политики Российской Федерации в отношении российского казачества и задач российского казачества в области государственной службы, взаимодействия казачества и казачьих общин с органами государственной и муниципальной власти.

Согласно концепции, «казаки активно содействуют решению вопросов местного значения, исходя из интересов населения и учитывая исторические и местные традиции». [1]. Целями государственной политики в области казачества являются становление и развитие государственной и иной службы российского казачества, возрождение и развитие духовно-культурных основ российского казачества для чего будут созданы и создаются финансовые, правовые, методические, информационные и организационные механизмы и все необходимые условия.

История возникновения казачества в России и на Белгородчине

Возрождение казачества в последнее время вызывает немало острых споров. Проблемы происхождения и природы казачества, его роли в истории России находятся в центре внимания многих исследователей, но сохраняют свой дискуссионный характер. Невыяснена окончательно и этимология самого слова «казак». Одни исследователи продолжают считать казачество особым этносом, другие подчеркивают его сугубо социальный характер.

История зарождения казачества в Центральной части России имеет глубокие корни и на протяжении многих столетий неразрывно связана с Российским государством. Казак, «козак» (тюркское – удалец, вольный человек) – в узком смысле наемный работник, в широком – вольный человек, несший военную службу в пограничных районах Российского государства. С XVIII в. царское правительство, стремясь использовать казачество для охраны границ, в войнах и т.д., полностью подчинило его, превратив в привилегированное военное сословие. Казачество представляет собой одно из оригинальных и крупных явлений российской истории. Возникшие в XVI в. на всем юго-западе, юге и юго-востоке русских областей казацкие общины выступали как боевая сила в борьбе с крымскими татарами, являлись защитниками и колонизаторами границ и оказывали порой могущественное влияние на внутренний строй и судьбу России.

В заселении и хозяйственном освоении Белгородчины в XVI-XVII вв. важную роль играли выходцы из центральной части России, донские казаки и украинские казаки из Поднепровья. Территория Белгородчины в этот период являлась южной окраиной России, а освоение и заселение этих земель происходило в результате вольной, правительственной, частично монастырской и позднее помещичьей колонизаций.                                                           Особенностью изучения истории казачества на Белгородчине является тот факт, что территория современной Белгородской области в различные исторические периоды входила в состав разных административно – территориальных образований. Свидетельства о проживании казаков по верховьям Северского Донца и его притокам (Корень, Короча, Нежеголь) появляются уже с середины XVI в.: в документе 1570 г., за два с лишним десятилетия до основания г. Оскола, появляется термин «оскольский казак»[2]. Со второй половины XVI в. русское правительство уже использовало вольных казаков как боевую силу в борьбе против Крымского ханства. Набеги татар в пределы России происходили в течение всего XVI в. В первой половине XVII в. нападения татар на Россию продолжались, но уже в 40-х годах наступил перелом – количество татарских набегов на русские земли стало уменьшаться. Серьезным препятствием продвижению татар явилось строительство в 1635-1653 гг. Белгородской оборонительной черты, протянувшейся на 800 км. Здесь было построено 28 городов-крепостей: западнее Белгорода – Болховец, Карпов, Хотмыжск; восточнее Белгорода – Нежегольск, Короча, Яблонов, Царев-Алексеев (Новый Оскол) и другие. Некоторые из этих городов сохранили статус города до настоящего времени. В числе людей, строивших и несших службу на Белгородской оборонительной черте, были и служилые казаки. В XVI-XVII вв. служилые казаки – это лица, несшие военную службу в пограничных городах, станицах, на укрепленных линиях. Казаки несли караульную службу вдоль оборонительной черты, патрулировали летучими станицами «дикое Поле»[3] и посменно – по трое суток – дежурили в земляных городках между крепостями. Казачьи станицы представляли собой дозорные подвижные отряды, которые регулярно выезжали из города-крепости в степь по заранее установленному маршруту. Была у станичников в XVI-XVII вв. еще одна обязанность – поджог степей, осуществлявшийся нередко на больших пространствах. Степь жгли для того, «чтоб в приход воинским людем лошадей накормить было нечем».[4] Не менее эффективным средством борьбы с татарами была организация службы предупреждения о татарских набегах, позволявшая заблаговременно оповестить гарнизоны крепостей и местное население. Сильной русской крепостью на Поле стал в 1599 г. населенный пункт в Днепро-Донской степи – Валуйка: «В 107 году (1599 г.) августа 8 царь Борис указал поставить город Валуйку на поле на Осколе усть реки Валуйки воеводе князю Кольцову-Мосальскому да голове Судоку Мясному на Оскол, а срок им всем людем стать на Осколе Семенов день 108 года»[5]. Валуйская крепость была построена у высокого обрывистого берега р. Валуй, с севера, юга и запада крепость была, кроме того, защищена рвом четырехметровой глубины. Земли вокруг крепости осваивались медленно, так как рядом проходили татарские дороги – Изюмский и Кальмиусский шляхи. Царская грамота воронежским воеводам Ивану Васильевичу Волынскому и Семёну Васильевичу Усову свидетельствует о высылке в Валуйки воронежских казаков и детей боярских на службу в 1625 г. Осенью 1619 г. по грамоте патриарха Филарета на Холковском городище был основан Холковский Троицкий (Царев-Николаевский) мужской монастырь. Основанием для строительства храма послужила челобитная иеромонаха Геласия. В ней он писал о том, что в Холковское городище постоянно приезжают донские казаки и другие люди, а храма поблизости нет, кроме того, по причине отсутствия церкви нет возможности погребать усопших. Патриарх дал свое благословение на постройку храма Николая Чудотворца на Холковском городище[6]. А с 1638 г. по просьбе нового настоятеля Холковской обители старца Варсонофия из Оскола для охраны монастыря начинают высылать оскольских и донских казаков. В 1637-1638 гг. силами московских стрельцов было начато возведение новой крепости Короча на Красной горе, на правом берегу р. Короча. Летом 1638 г. в Белгород пришли черкасы Я. Острянина, бежавшие из Речи Посполитой, и многие из них выразили желание жить в Короче. Их просьба была удовлетворена – на 1 марта 1639 г. в Короче служили: 19 детей боярских, 213 конных черкас, 155 конных казаков, 14 стрельцов и 17 пушкарей. За счет привлечения черкас удалось решить проблему укомплектования нового города-крепости служилыми людьми. Строительство Белгородской черты стимулировало процессы колонизации южных окраин Российского государства. К югу от Белгородской черты строились новые укрепленные пункты. Уже к началу массового переселения выходцев с правобережной Украины за пределами Белгородской оборонительной черты существовала, хотя и довольно слабая, система опорных пунктов из крепостей-острогов. Эти остроги возводились как силами московских служилых людей, так и черкас, перешедших на службу России в поисках защиты от польского угнетения или поселившихся на землях вблизи Белгородской оборонительной черты. Пригородные слободы, села и деревни заселялись служилыми людьми из различных районов Российского государства. Служилыми людьми из г. Хотмыжска, в котором были поселены в 1650 г. казаки, стрельцы, пушкари, были основаны слободы на Ворскле – Стрелецкая, Казацкая, Пушкарная, сохранившие свои названия до наших дней. Заселение края казаками проходило по различным направлениям. В г. Царев-Алексеев в 1649 г. были переведены 200 семей казаков из Ельца. Болховец заселен в 1648 г. переселенцами из Карачаева. В 1652 г. 2 тысячи казаков – черкас, выходцев из Левобережной Украины и Приднепровья, во главе с полковником Иваном Дзиньковским в результате польского нашествия была вынуждена проситься «на вечную службу» в Россию. В Разрядном приказе изначально планировали поселить эту группу черкас на р. Битюге, однако в это же время началось строительство г. Острогожска в месте при впадении в Тихую Сосну речки Острогощи и украинцы остались на черте. Таким образом «в Новом Черкасском городе», так называется в исторических источниках г. Острогожск, обосновались 1003 украинских переселенца с семьями. Этот казачий полк получил название «Острогожский» – по имени заложенного города Острогожска, в котором казаки и были поселены. К югу от территории этого слободского полка находились земли донских казаков. К началу XVIII в. они расселились по ближайшим к Дону рекам, основали свои городки по Айдару, Деркулу, Евсугу и многим другим рекам. Одним из таких городков были Ровеньки. С 1638 г. появляются украинские переселенцы и на Белгородской черте, сначала в Короче и Усерде, затем и в других городах. Украинские переселенцы, переходившие в Россию «на вечное житье», не были однородной по социальному составу массой, в их составе были и казаки, и крестьяне, и мещане. Те атаманы и казаки, которые поселялись в городе «на белых местах» (свободных от податей), назывались беломестными. «Слободские» атаманы и казаки обычно жили в селах, например, в Голубине Оскольского уезда. Беломестные и слободские казаки имели высшую норму земельного оклада для приборных людей – до 50 четвертей земли. При поступлении на службу все казаки отдельных групп называли себя иногда атаманами, как, видимо, возникли села, где жили одни «атаманы». В 20-х гг. XVII в. некоторые беломестные и слободские атаманы и казаки владели крепостными крестьянами, но в 30-40-х годах они почти полностью потеряли крестьян, «записавшихся на службу» в новые города. В землевладении казаков имелось принципиальное отличие. Земля давалась всей группе казаков вместе, т.е. казакам всего села, всей городской или загородной слободы. Казаки владели землей по одной грамоте. Перевод казака на службу в другой город автоматически приводил к потере им прежнего участка. В то же время землевладение казаков не было тождественно крестьянскому общинному землевладению, например землевладению дворцовых крестьян Белгородского уезда. У приборных служилых людей доля каждого, как правило, определялась заранее правительством, а не общиной. В южных уездах встречается группа «поместных казаков». Это казаки, которые, выполняя казачью службу, сумели получить землю лично, по типу детей боярских. Дозорные конные казачьи отряды – станицы – формировались из наиболее зажиточных людей. Среди станичников были «вожжи», т.е. проводники – знатоки местности и рядовые «ездоки». Из восьми городов «Поля» станичники имелись в трех городах: Белгороде, Осколе и Валуйках. В первых двух городах каждая станица возглавлялась сыном боярским, в последнем – атаманом.

 Учитывая значение переселенцев в освоении южных рубежей страны, московские власти создавали им режим наибольшего благоприятствования и жаловали льготы за казацкую и пограничную службу. Так, в царской грамоте 1669 года говорится:

«Всякими промыслы промышлять и всякими товарами торговать беспошлинно, також мальницами и рыбными ловли и всякими угодьи владеть, шинки держать и вино курить и шинковать безоброчно и с тех промыслов полковую службу служить им без жалования»[7]. Предоставлялись переселенцам следующие льготы: - право свободного занятия пустующих земель; - сохранение казацкого самоуправления; - право беспошлинно заниматься промыслами (особенно винокурением) для возмещения расходов, связанных с несением военной службы; - избавление от всяких податей и повинностей; - право содержать на откуп мосты и перевозы. Характерно, что украинские переселенцы (черкасы) сразу же после поселения их в приграничных городах также подключались к эксплуатации степных богатств. В частности, в 1639 г. царским указом было разрешено отпускать новопоселенных черкас г. Усерда «в степь и по речкам для звериные и рыбные ловли», а украинцы, поселенные в 1652 г. в Острогожске, в том же году получили право промыслов на Дону и Черной Калитве.[8] В документах 1630-1650-х гг. встречаются известия о «звериных промыслах» жителей городов Валуек и Усерда. Наряду с эксплуатацией степных богатств черкасы занимались земледелием. В тесной связи с земледелием находился мельничный промысел. При мельницах устраивались толчеи для толчения проса на пшено, ячменя на перловую крупу и ступы для обработки сукна. С ведома и разрешения правительства в 1640-1643 гг. около Усерда построено 3 мельницы. На р. Ворскла возле Хотмыжска в 1640-1643 гг. работали 5 мельниц. В целом в крае в 40-х гг. XVII в. насчитывалось около 20 мельниц. Наряду с земледелием украинские переселенцы занимались бортничеством. Известны сведения о «бортных ухожьях» переселенцев из писцовых книг 1628 и 1629 гг. В 1621 г. было налажено производство селитры. С самого начала промысел оказался тесно связан с Белгородом. Варница располагалась «меж Белгорода и Курска», в 40 верстах от первого города [9]. Первые 200 пудов селитры вместо Пушкарского приказа попали в руки белгородских купцов. В 1629 г., по указанию Пушкарского приказа, изменилась система охраны варниц. Если раньше для выполнения этой задачи присылалось 50 детей боярских из Путивля, то теперь было велено направлять 50 человек курских детей боярских и казаков 50 человек. Памятка соответствующего содержания была направлена из Пушкарского в Разрядный приказ, а оттуда послан указ в Курск. Из последующей разрядной переписки становится понятно, что по 50 человек для охраны варницы должны были выставлять Белгород и Курск одновременно. Несмотря на различные опасности производство селитры на южной окраине России продолжало активно развиваться. В 1634 г. в Воронежском уезде действовали селитряные варницы М. Лиморова и Г. Ярцева. Есть сведения, согласно которым в районе Хотмыжска производство селитры действовало в 1643 г. Примечательно, что в развитии селитроварения черкасы сыграли заметную роль. Украинские мастера в 30-40-е гг. XVII в. добывали селитру в Путивльском, Курском, Белгородском, Воронежском, Вольновском и других южных уездах Российского царства. Российское правительство призывало селитроваров и с Днепровского Левобережья. Мастерам черкасам предоставлялись различные льготы.

 Следует отметить, что практически все переселенцы из Речи Посполитой на Слобожанщину после 1651 г. объявляли себя казаками. Это связано с тем, что в ходе Национально-освободительной войны украинского народа практически все население Украины оказачилось. Начиная с середины XVII в., по России прокатилась волна крестьянских восстаний, которая затронула и территорию Белгородчины. Воевода А. Бутурлин писал в Москву, что среди добровольцев находятся служилые люди, крестьяне, холопы и даже его собственные крепостные, «а донской атаман Павел Федоров и донские казаки стрельцов московских, и беглых боярских холопей, и воронежских стрельцов, и полковых казаков, и пашенных крестьян никому не выдают»[10]. Ярким выражением протеста явилась крестьянская война под предводительством С. Разина. Значительно увеличивается поток беглых крестьян за Белгородскую черту в донские казачьи городки, чему способствует уменьшение активности крымских татар. На Дон уходят и служилые люди с Белгородской черты. Таким образом, Белгородская черта оказалась в непосредственной близости к району, охваченному восстанием. Правительственные распоряжения требуют организовать разведку «проведывать про воровских казаков подлинно»[11]. 26 августа 1670 г. отдается распоряжение воеводе Г. Ромодановскому - идти со всеми служилыми людьми Севского и Белгородского полков «к Острогожску или Коротояку»: сюда стягивались крупные силы царских войск.18 сентября он выступил из Белгорода, 22 сентября под его командованием насчитывалось более 11 тысяч человек. Многократный перевес в силах оказался на стороне правительственных войск, после поражения под Коротояком в сентябре 1670 г. восставшие казаки отступили. Многие рядовые участники восстания были казнены, сожжены казацкие поселения, расстрелян был и полковник И. Дзиньковский, поддержавший восставших. Подавив восстание слобожан, воевода Г. Ромодановский провел ряд мер по укреплению власти, определив регулярные войсковые подразделения для несения службы в городах. Начиная с 1675 года, правительство требовало возвращения беглых крестьян, а в 1682 году впервые объявило о запрете принимать в верховых казачьих городках свободных и помещичьих людей. Для сыска беглых крестьян был снаряжен карательный отряд под руководством полковника Ю. Долгорукова, что вызвало недовольство как среди казаков, так и среди беглых крестьян.

Отряд этот был уничтожен, а сам полковник убит. Вспыхнуло стихийное восстание под предводительством Бахмутского атамана К. Булавина. Восстание охватило весь Дон, поддержали булавинцев и жители территории нынешней Белгородчины. На Северском Донце появился отряд атамана С. Драного, восстание распространилось на Усердский и Валуйский уезды. Один из очагов борьбы казаков сложился на Айдаре. Во главе айдарских повстанцев стоял сподвижник К. Булавина Никита Голый. Атаманы С. Драный,

С. Беспалый, Н. Голый громили царских воевод. Наиболее крупную победу они одержали под Валуйками, где в ночь на 8 июня 1708 г. разбили Сумской полк, входивший в состав карательных войск. Булавинцам помогали местные жители: один валуйчанин под видом торговца пробрался в расположение полка, разведал обстановку, а ночью провел туда отряд Н. Голого. Офицеров повстанцы перебили, а солдаты примкнули к восставшим. Было захвачено большое количество вооружения и боеприпасов. В дальнейшем продвижение булавинцев на север было остановлено царскими войсками. В июле погибли К. Булавин и С. Драный, а остальные атаманы ушли на Кубань. После подавления булавинского восстания по указу Петра I все городки, поддержавшие Булавина, были разорены и сожжены. Царь Петр I дал строгий наказ «сжечь и разорить до основания, людей рубить, а заводчиков (главарей) сажать на кол и колесовать, ибо эта сарынь ничем кроме жесточи не может быть унята». Приказ был выполнен: более 7000 казаков были уничтожены, а городки их по притокам Дона и Донца стерты с лица земли. Обозначенные места и между ними теперешний Ровенский район опустели. Разоривши городки, правительство сейчас же, не оставляя границу открытой, снова заселяет эти места. В дальнейшем земли по Айдару, где были поселения Закотненской, Осиновой и Ровенской станиц, были пожалованы указом Петра I от 15 мая 1709 г. по ходатайству полковника И. Тевяшова Острогожскому слободскому казачьему полку. Однако переселение на р. Айдар, по неизвестным причинам, состоялось только в 1732 г. Так, Ровеньки стали сотенным местечком Острогожского полка, сотником был назначен Астафьев. В 1670-х гг. свободные земли в бассейне р. Ворсклы при устье р. Грайворонки отошли в вотчину митрополита Белгородского и Обоянского. Эта местность по призыву митрополита в течение трех лет была заселена украинцами, которые основали слободу Грайвороны (позднее уездный город Грайворон). В начале XVIII в. многие украинские поселения по р. Ворскле: Борисовка, Стригуны, Красный Куток, Ивановская Лисица, Дементьевка и др. – стали владениями графа Б. Шереметева. В 1765 г. слободские украинские полки были реорганизованы в Слободско-Украинскую губернию с центром в г. Харькове. Полки выборных казаков были уничтожены, а вместо них сформированы гусарские полки. Казачье управление было заменено гражданским. Области, называвшиеся полками, были названы провинциями, а полковые канцелярии стали канцеляриями провинциальными. Вместо сотен появились комиссарства. Острогожск стал центром Острогожской провинции. Слобода Ровеньки вошла в Калитвянское комиссарство Острогожской провинции Слободско-Украинской губернии. Представители казачьей верхушки стали первыми помещиками; в Ровеньской и Всесвятской волостях это были Астафьевы, а в Айдарской – Панины. С ликвидацией казачьих полков казацкая верхушка получила дворянские звания, за нимибыли навечно закреплены земельные поместья вместе с крестьянами. Рядовых казаков стали называть государственными войсковыми обывателями, их лишили привилегий, сравняв в правах с государственными крестьянами. Острогожский и Изюмский полки были включены в состав Азовской губернии. Основная площадь Курских и Белгородских земель, Сумской, Ахтырский и Харьковский полки в 1708 г. были включены в Киевскую губернию. В 1727-1732 гг. значительная часть земель этой губернии с 33 городами отошла к Белгородской губернии. С преобразованием слободских полков казаки, подпомощники и подсоседки были превращены в податное сословие войсковых казенных обывателей, делившихся на привилегированных, плативших подушную подать по 95 коп. и имевших право курить водку, и на непривилегированных, которые платили по 85 коп. подушной подати и не имели права на курение водки. В конце XVII – XVIII вв. с продвижением границ России дальше к Черному морю, Белгородская оборонительная черта постепенно утрачивает свое стратегическое значение. Ее служилые люди частично были переселены на юг в новые города-крепости, частично бежали на Дон, однако значительная часть бывших защитников Белгородской черты осталась жить здесь. Потомки этих служилых людей – однодворцы, то есть государственные крестьяне – и стали коренным населением нынешней Белгородчины. Необходимо отметить, что неотъемлемой составной частью слободско-украинского казачества являлись служащие ландмилицких полков. Ландмилиция – род поселенного войска, существовавшего в России с 1713 по 1775 гг. Было создано 6 полков, носивших имена своих полковников. Большинство из этих полковников владели имениями на территории Белгородской губернии. В 1727 г. ландмилицкие полки были переименованы соответственно в Севский, Орловский, Курский, Брянский, Путивльский и Рыльский согласно установившейся к этому времени в русской армии традиции именовать полки по названиям городов и провинций, где они комплектовались.

В 30-х гг. XVIII в. число ландмилицких полков было доведено до 20 (4 – пешие, 16 – конные), среди которых были полки, носившие названия городов Белгородской губернии – Курский, Севский, Белгородский, Брянский, Старооскольский, Путивльский, Новооскольский, Валуйский, Слободской, Белевский и Орловский. Были утверждены и новые табели полков. После воцарения дочери Петра I Елизаветы в декабре 1741 г. последовал указ, оставлявший на действительной службе 9 полков ландмилиции, а все остальные распускались по домам с амуницией и строевыми лошадьми. Каждый год они должны были проходить недельные сборы и служить источником пополнения для действующих полков. Это было сделано в целях экономии. Позднее были сокращены и штаты оставшихся полков до 800 – 850 человек. В последующие десятилетия в городах произошли заметные социальные сдвиги. Население городов значительно выросло.

Уже на рубеже ХIХ - ХХ в.в. начинается внутреннее расслоение среди казачества, разложение казачьей общины. В годы революционных потрясений не раз звучали требования, прежде всего со стороны беднейших слоев, освободить их от сословных обязанностей. С приходом к власти большевики возвели расказачивание в ранг государственной политики и не только потому, что в Гражданской войне значительная часть казаков сражалась против красных. Само существование казачества не вписывалось в глобальные планы социального переустройства. Поэтому репрессии сопровождались перекройкой границ и переделом земель. Целью являлось расчленение казачьих областей и уничтожение культурной целостности казачества. [12] При этом большевистское руководство рассматривало казачество сугубо как сословие. В.И. Ленин прямо называл его рудиментом феодальной эпохи, обреченным на вымирание. [13] Он не раз писал о казаках как наиболее надежных защитниках самодержавия, отличавшихся стойкими монархическими и патриархальными пережитками. Широкую известность получили слова М.И. Калинина о том, что казаки - это те же русские крестьяне, поскольку носят бороды.

 В период нэпа политика по отношению к казачеству изменилась. Ряд исследователей полагает, что руководство страны взяло курс на вовлечение трудового казачества в советское строительство при сохранении общей линии на ликвидацию его сословных черт (И.Я. Куценко, П.Г. Чернопицкий). Другие авторы охарактеризовали данный курс как "скрытое расказачивание". По их мнению, соответствующее воздействие на особенности казачьего самосознания, быта и культуры являлось "целенаправленной деятельностью с целью ликвидации всех присущих казачеству специфических этнических признаков". [14] А.В. Баранов показал, что и казачество в большинстве своем восприняло нэп как "новую хитрость коммунистов", не признав советскую власть легитимной. [15] Неслучайно, что ограничения на воинскую службу для казаков были официально отменены лишь в 1936 г. К тому времени само казачество в значительной степени трансформировалось, с одной стороны, под влиянием массовых репрессий, коллективизации и раскулачивания, с другой - в результате появления молодого поколения, выросшего при советской власти и лояльного по отношению к ней.

 Создавая национальные соединения в составе Красной Армии правительство пошло на организацию специальных казачьих частей. Кубанские казаки служили в составе 72 кавалерийской дивизии, отдельной пластунской казачьей бригады, 17 казачьего кавалерийского корпуса (позже - 4 гвардейского Кубанского кавалерийского корпуса). Последнее соединение в наибольшей степени отвечало казачьим традициям, так как формировалось на добровольной основе за счет собственных средств края, включало немало лиц непризывного возраста (каждый район выставлял одну сотню). Но казачье происхождение не являлось обязательным признаком, главным критерием отбора в корпус стала политическая благонадежность. Кандидатуры казаков, служивших в белой армии или имевших родство с репрессированными "врагами народа", отклонялись. [16]

 Свои меры по возрождению казачества предложили руководители Германии. Органы местной власти в оккупированных казачьих районах получили наименование управ, а их руководители - атаманов. В составе вермахта были сформированы казачьи части и целые соединения. Впрочем, в большинстве своем они состояли из военнопленных, назвавшихся казаками, чтобы выжить. Широкий размах получила пропаганда сотрудничества казачества, "никогда не признававшего власть большевиков", с немецкими войсками. Свою помощь в этом оказывала часть казачьей эмиграции, подчеркивавшая, что казаки - не русские, а самостоятельный народ: "Москва всегда была врагом казаков, давила их и эксплуатировала. Теперь настал час, когда мы, казаки, можем создать свою независимую от Москвы жизнь". [17] 10 ноября 1943 г, когда немецкие войска уже отступали с Северного Кавказа, специальный приказ, подписанный В. Кейтелем и А. Розенбергом, закрепил за казаками все прежние "права и преимущества служебные", включая неприкосновенность земельных угодий, а также их самобытность. Таким образом, несмотря на декларирование этнического возрождения, на практике в годы войны была сделана попытка восстановить сословные черты казачества, рассматривавшегося прежде всего как военная и политическая сила.

 После второй мировой войны процесс растворения казачества в массе крестьянства завершается. Произведения литературы и искусства прославляли "советских казаков", а развитие традиционной казачьей культуры "допускалось в форме фольклорных ансамблей и музейных экспедиций". [18] Именно в эти годы окончательно происходит утрата культурной самобытности казачеством, в гораздо большей степени, нежели физические репрессии, способствовавшая потере его внутреннего единства как определенной социальной общности.

Многовековое движение переселенцев из Украины и центра России отразилось на этнокультурных традициях жителей Белгородской области. В районах смешанного и чересполосного расселения русских и украинцев происходило сближение культур. В этом процессе огромную роль играли факторы совместного длительного проживания, общность исторических судеб и социально-экономического развития. В исследуемых регионах постепенно нарушалась национальная обособленность казаков, происходило интенсивное сближение говоров и бытовых особенностей местных жителей. В этих районах (например, в Грайворонском, Борисовском, Ракитянском, Новооскольском Белгородской области) быстрее трансформировалось национальное самосознание у украинских групп населения, что ярко отразилось уже во Всесоюзной переписи населения 1959 г. и в последующих переписях. Тенденция сближения культур особенно ярко прослеживается в элементах традиционно-бытовой культуры: в устройстве дома, компонентах одежды, обычаях, песнях и танцах населения Белгородчины. Внешний вид и внутренний план домов были сходны с хатами Восточной Украины. Строили низкие срубные дома с глинобитным полом под соломенной четырехскатной крышей, стены обмазывали глиной и белили. Обмазка и побелка стен на территории Украины имеет древние традиции: в лесостепных районах по данным археологии они известны уже в XI-XIII в. и широко применялись в городском и сельском жилище в XV-XVII вв. В конце XVIII-XIX вв. в Валуйском уезде «у каждого малороссиянина из чего бы то ни была построена хата, всегда вымазана и обелена, а иногда расписана какими-либо простыми красками». В Курской губернии «малороссийские избы отличаются от русских красивым наружным видом. Они всегда выбелены». В конце XIX в. и особенно в начале ХХ в. обмазка и побелка срубных домов широко распространяется не только в украинских, но и в русских селах, в том числе во многих центральных, отчасти и в северных уездах Курской и Воронежской губерний. Также украинские мотивы можно проследить и в одежде населения. В селах, которые были основаны казаками, традиционным считался женский костюм – «парочка», состоящий из юбки и кофты. Шился костюм в XIX – начале ХХ вв. из фабричных тканей – шелка, шерсти, бархата, ситца. Кофты были разнообразных фасонов: приталенные, по бедрам, с оборкой – «басочкой», рукав длинный, у плеча гладкий или сильно присборенный с «пухлями», на высоких или узких манжетах, воротник «стойка» или вырезан по объему шеи. Рубахи украшались тесьмой, кружевом, строчками, гарусом, бисером. Юбки шили пышными, мелко собранными у пояса из четырех, семи полок, каждая шириной до метра. Юбка внизу украшалась кружевом, оборками, шнуром, мелкими складками. Нижняя юбка – «спидница» – обязательная принадлежность женского костюма. Шилась из тонкой белой или светлой ткани с кружевами, часто украшалась вышивкой. Необходимо отметить возрастные различия в одежде. Самым красочным и лучшим по качеству материала был костюм девушек или молодых женщин. К 35 годам женщины предпочитали одеваться в более темную однотонную одежду упрощенного покроя. Особо стоит упомянуть о женской рубахе. В ней сохранились основы русского женского костюма: длинная рубаха туникообразного покроя с длинными пышными рукавами на манжете. Рубаха считалась верхней домашней одеждой. Рукава, ворот, иногда подол украшались вышивкой. Сравнительный анализ подлинных образцов «парочек» разных сёл Белгородчины с описанием нарядов донских казачек XIX – начала ХХ вв. обнаруживает много общего между ними и в крое, и в декоративном убранстве, и в манере ношения. Во второй половине XIX – начале ХХ вв. усиливаются процессы унификации одежды и в русских селах. Однако это происходило неравномерно в исследуемых русских селениях Белгородчины. Во многих бывших однодворческих селах отмеченные традиционные комплексы одежды, характерные для конца XIX в., частично изменяясь, все же сохраняли свою типологическую основу до начала 30-х гг. ХХ в. Во многих, преимущественно бывших однодворческих селах Алексеевского, Красногвардейского и в некоторых селениях Ракитянского, Яковлевского, Грайворонского районов Белгородской области, еще сохраняются традиционные комплексы женской одежды с их локальными особенностями,характерными для них в прошлом. Традиционная народная одежда надевается на праздники и на свадьбы, а также используется в работе коллективов художественной самодеятельности. Одним из важнейших направлений развития самобытной казачьей культуры является изучение и популяризация культурных казачьих традиций. В районах Белгородской области в настоящее время эту задачу реализуют профессиональные музыкальные коллективы Ровеньского, Вейделевского, Ракитянского, Старооскольского, Красненского и других районов Белгородской области. Память о казаках сохранилась и на карте Белгородской области. Более десятка природных объектов и населенных пунктов содержат в своем названии слова «казак», «казачий», «атаманский». Особенно много таких названий вдоль реки Оскол. Заселение русскими и черкасами юго-восточных степей нашей страны продолжалось в XVII-XVIII вв. и имело исключительной важности экономическое, социальное и культурное значение для Белгородчины. Население края значительно увеличилось и явилось основной производительной силой, которая на бывшем «диком Поле» сравнительно за короткое время создала значительное местное хозяйство. Таким образом, между волжскими, донскими, украинскими казаками и южнорусским населением территории современной Белгородчины издавна существовали самые тесные исторические взаимосвязи – родственные, социально-экономические, военные и торговые. Многовековое движение украинских переселенцев, факторы совместного длительного проживания, общность исторических судеб создали предпосылки для сближения культур, стирания национальной обособленности казачества на Белгородчине. Расширяющиеся этнокультурные взаимовлияния способствуют дальнейшему этническому сближению групп русского и украинского населения, особенно в районах национально-смешанного расселения.

Часть 2. Причины возрождения казачества на Белгородчине

О возрождении казачества заговорили вновь в конце 1980 гг. Но цели возрождения до сих пор представляются недостаточно обоснованными в литературе. Большинство авторов просто не сомневается в его целесообразности. Многие считают, что "возрождение казачества необходимо, ибо это будет восстановлением справедливости в отношении к нему, незаслуженно попранной в предшествующие десятилетия, и восстановлением уважительного отношения к прошлому Отечества". [19] Подобный подход в русле политического идеализма не всегда может рассчитывать на успех. К сожалению, социально-экономические и политические реалии далеки от воплощения принципов всеобщей справедливости.

 Значительная часть исследователей связывает возрождение казачества с судьбой России. В.П. Трут пишет, что оно должно стать "составной частью глобального процесса национально-государственного, политического, экономического и духовного возрождения России. Без России казачеству не быть. Но и без казачества Россия утратит часть своего прошлого, настоящего и будущего". [20] Ряд авторов рассматривает казачество как своеобразный гарант политической стабильности России, особенно на Северном Кавказе. При этом считается, что "воспитание имперского мышления у возрождающегося казачества могло бы стать важным фактором внутренней устойчивости России, сохранения ее способностей к сопротивлению и выживанию". [20]

Как видим, в начале 90-х годов идея возрождения казачества имела просто-таки огромный потенциал. На фоне разваливающегося СССР в глазах простого народа казачество выглядело чуть ли не идеальной структурой, способной защитить и сохранить Россию в преддверии неминуемой смуты, т.е. смены общественно-политической формации, как это ни раз бывало прежде. Но процесс возрождения казачества, изначально столкнулся с массой организационных и идеологических проблем.

В июне 1997 года Указом Президента Российской Федерации был зарегистрирован устав Войскового казачьего общества «Всевеликое Войско Донское», внесённого в Государственный реестр казачьих обществ Российской Федерации. Фактически этим указом была подведена черта в многолетних спорах о путях и методах возрождения казачества. По одну сторону от этой черты оказались сторонники либерально-демократических взглядов на проблему возрождения казачества, в том числе и большая часть научной общественности. разродившейся к 1997 году не только сотнями докладов и публикаций на эту тему, но 58 (!) диссертациями.

Часть 3. Возрождение казачества на Белгородчине

Более 20 лет в России продолжается процесс возрождения казачества, после многих десятилетий репрессий и целенаправленной  ликвидации этой специфической социальной группы. В 1990 года в Москве на Учредительном Большом Круге была создана первая общесоюзная общественная казачья организация «Союз казаков России». Появились казаки и в Белгороде. Сначала это были разрозненные общественные организации, которые затем объединились в Белгородский казачий отдел Союза Казаков России.

Новый импульс процессу  возрождения и дальнейшего развития казачества придал Федеральный Закон «О государственной службе российского казачества», принятый в 2005 году. Были созданы реестровые казачьи формирования, входящие в Центральное казачье войско, и в нашем крае - в Белгороде, Алексеевке, Ровеньках, Красногвардейской Ливенке и в других населенных пунктах.

В октябре 2009 года Управлением Минюста России по Белгородской области зарегистрировано первое казачье общество на территории региона – Белгородское городское казачье общество. Его атаманом стал Геннадий Колочко.

Это только первый этап на пути возрождения казачьего движения в Белгородской области. В соответствии с действующим законодательством казачьи общества являются одной из форм некоммерческих организаций и создаются в целях возрождения российского казачества, сохранения его традиций.

Следующим этапом формирования казачьего общества является подготовка документов для внесения в государственный реестр и решение вопроса о принятии членами данного общества обязанностей по несению государственной или иной службы. Создание нескольких казачьих обществ районного, городского уровня на территории Белгородской области даст возможность сформировать окружное, отдельское (областное) казачье общество. Реализация на территории Белгородской области Федерального закона "О государственной службе российского казачества" будет способствовать возрождению российского казачества, защите его прав, сохранению традиционных образа жизни, хозяйствования и культуры.

В живописном месте, на берегу реки Оскол, там, где по преданию, отдыхали войска князя Игоря Святославича и его брата Всеволода, перед походом на половцев в 1185 году, воспетым в «Слове о полку Игореве» разбили свой палаточный лагерь современные казаки. Все они съехались  на Первый Международный Фестиваль казачьей культуры «ХОЛКОВСКИЙ СПОЛОХ».

Не случайно именно это место выбрали организаторы фестиваля. Еще в 1620 году патриарх Московский и всея Руси Филарет благословил Никольского горного священника Геласия воздвигнуть на Холковском городище для съезжающих с Дону донских казаков и всяких людей Свято-Троицкий Холковский мужской монастырь, а для  защиты от татар в 1637 году, здесь  на самом высоком холме, находящегося поблизости от пещер монастыря, было сооружено караульное помещение для наблюдения за степью. Умели наши предки выбирать места для строительства и храмов, и оборонительных сооружений!

Сегодня в долине около монастыря выстроена сторожевая вышка, повсюду казаки, донские, кубанские, запорожские, в своей традиционной форме, увесистый колокол на деревянной треноге, в палатке – большая икона Донской Божьей Матери – покровительницы донских казаков. Так выглядит лагерь участников Фестиваля.

Колокольный звон сегодня не звучит набатом, он собирает народ на молебен. Божественную литургию по такому случаю служит сам Владыка Иоанн, Архиепископ Белгородский и Старооскольский. По традиции в храме накануне Троицы много зелени и цветов. Церковная служба и освящение храма князя Владимира Свято-Троицкого Холковского монастыря завершаются Крестным ходом к месту проведения фестиваля.

К слову, Святитель Иоасаф  небесный покровителя земли Белгородской и Белгородского казачества, в честь 100-летия канонизации которого проводится этот фестиваль, сам был выходцем из полтавского казачьего рода.

Ровными шеренгами, в парадной форме, бородатые и усатые, молодые и в летах, для торжественной встречи Губернатора  Е.С. Савченко и  почетных гостей фестиваля, выстроились казаки Белгородского отдела «Союза казаков России» под руководством своего атамана и одного из главных организаторов сегодняшнего праздника Е.И. Костюкова.

Отрадно, что руководство нашего края прекрасно понимает важность процессов становления и возрождения казачьего движения в деле укрепления православно-патриотических настроений в обществе и грамотно выстраивает политику, привлекая казаков к  государственной службе.

Губернатор Белгородской области Е.С.Савченко, открывая фестиваль, произнес: «Сегодня, в праздник Святой Троицы, который промыслительно совпал с Днем России, в этом живописном месте у подножия красивейшего памятника зодчества и православной культуры - Свято-Троицкого Холковского мужского монастыря собрались люди близких и дорогих нам регионов. Нам незачем искать, создавать или заимствовать какую-то эфемерную идеологию. Мы – наследники богатейшего культурного пласта в мировой истории. Мы владеем величайшими дарами наших предков и земли-матушки. Поэтому наш святой долг – сохранить эту бесценную вековую народную мудрость и традиции, передать их нашим детям и внукам. Убежден, что на этой благодатной культурной почве и впредь будут расти и множиться традиции дружбы, уважения и взаимовыручки казачества».

На сегодняшний день казачество – это единственный слой населения, который живет по общинным принципам, поэтому вступают в казачьи организации не поодиночке, как в партию, а целыми семьями, с женами и детьми.

В первые годы советской власти большинство белгородских казаков, которые тогда были приписаны к Донскому войску, были либо расстреляны, либо сосланы. А их земли были переданы крестьянам. Когда в 1993 году был принят закон РФ "О реабилитации репрессированных народов", то казачество там было упомянуто, как пострадавшая от репрессий народность. Это был сильный толчок к возрождению казачьего движения по всей России.

– В том числе и на Белгородчине, которая исторически связана с казачеством, – говорит председатель областного совета атаманов Сергей Григораш. – Наши активные действия – это вторая попытка казаков Белгородской области заявить о себе. В начале 90-х у нас уже были люди, которые образовывали казачьи общества, регистрировали их в Белгороде, Старом Осколе, Губкине. Жизнь, в общем, забила ключом, но не хватило у казаков то ли казачьего терпения, то ли мудрости пережить тот тяжелый период. Постепенно это движение выродилось, затухло. Сейчас появились новые люди, которые очень серьезно хотят казачьего возрождения.

Белгородские казаки начали с малого. Сформировали ядро, собираются раз в неделю. Изучают историю и традиции казачества. Даже учатся варить казацкий кулеш – традиционная каша, которая готовилась в походе, в степи. По всем правилам проводят казачий круг. В его ходе объединили разрозненные силы в одну областную организацию, которую назвали "Белгородская региональная общественная организация "Казачье общество "Станица". Основная цель – возрождение казачьего уклада жизни, традиций, способа жизни и службы.

– Мы готовы заниматься тем, что уже позволяет правовая база. Тем, чем занимаются активно кубанские, терские, донские казаки, – говорит Сергей Григораш. – Там они участвуют в охране общественного порядка, заменяя в ряде мест милицию. Казаки воспитывают молодое поколение, открывают кадетские казачьи классы и корпуса.

В российской армии уже существуют казачьи части, казачьи суда и даже казачья подводная лодка. Части формируются только выходцами из казачьих семей. Служить их направляет казачья община, которая и следит за выполнением воинского долга. Белгородские казаки, среди которых много бывших военных, считают, что тоже могут подготовить призывников и направить их в подобные казачьи воинские подразделения. От этого выиграют и армия, и сами ребята.

– Считаю важным и то, что в казачью службу смогут прийти отставники, многим из которых чуть за сорок, – добавляет Сергей Григорьевич. – Здесь они начнут новую карьеру, выслуга лет будет продолжена. Они доберут те годы, которые, может быть, где-то не набрали. И к пенсии будет добавка, что тоже привлекательно.

В России создано Главное управление казачьих войск при Президенте РФ, которым стал руководить советник президента РФ по вопросам казачества, Герой России, генерал-полковник Геннадий Трошев. Он назначен Председателем Совета атаманов РФ и казачьих обществ. Ему непосредственно подчиняются 11 войсковых атаманов.

В Центральном федеральном округе, где дислоцируется центральное казачье войско, войсковым атаманом является доктор исторических наук, казачий полковник Борис Игнатьев. Он руководит отделами, которые созданы в 10 из 18 субъектов РФ, входящих в ЦФО. Теперь такой отдел есть и в Белгороде. 17 декабря делегация белгородских казаков едет в Москву на годовое отчетное собрание центрального казачьего войска.

Недавно в Доме правительства области прошло совместное заседание членов постоянной рабочей группы по становлению и развитию движения казачества в Белгородской области и членов правления и Совета атаманов Белгородского отдельского казачьего общества.

Как сообщил заместитель Губернатора области - начальник департамента кадровой политики области, председатель рабочей группы Сергей Боженов, Белгородское отдельское казачье общество было создано в феврале этого года. За прошедшее время была проделана колоссальная работа по развитию движения казачества на Белгородчине.

Совет Федерации РФ одобрил федеральный закон "О государственной службе российского казачества". В законе перед казаками ставятся такие задачи, как охрана общественного порядка, особенно в сельской местности, пограничная служба, экологическая, природоохранная служба, участие в мероприятиях по гражданской обороне. Белгородское казачество собирается активно участвовать во всех этих направлениях.

 «Проблема современного российского казачества состоит в том, - говорит С.Г.Григораш, - что оно разобщено, нет единого централизованного управления по всей России. Что касается именно нашей организации «Станица», то белгородские казаки готовы более активно заниматься тем, чем занимаются кубанские, терские, донские казаки, которые участвуют в охране общественного порядка, воспитывают молодое поколение, открывают кадетские казачьи классы и корпуса. В российской армии уже существуют казачьи части. Служить сюда направляют своих воспитанников казачьи общины. Белгородские казаки, среди которых много бывших военных, считают, что тоже могут более широко готовить призывников и направлять их в подобные казачьи воинские подразделения. К сожалению, в основном пока все держится на энтузиазме. Встречается и недопонимание на местах (у администрации некоторых школ области, где были попытки наладить сотрудничество), хотя областная администрация с сочувствием относится к белгородскому казачеству, оказывает ему поддержку».

     На сегодняшний день в регионе насчитывается около 1,5 тысяч казаков и членов их семей. Активно развивается детское и молодежное казачество. Так, по области открылось 6 казачьих классов, в Красногвардейском районе действует Ливенское детское хуторское казачье общество, где ребята занимаются джигитовкой, вольтижировкой и др. Ведется работа и по возрождению казачьей культуры и промыслов. Волоконовский казачий хор, фольклорные ансамбли популяризируют самобытную культуру казаков.

Одним из важнейших вопросов заседания стало рассмотрение проекта соглашения между правительством области и Белгородским отдельским казачьим обществом. Соглашение призвано обеспечить эффективное взаимодействие между органами власти и казачеством по организации охраны правопорядка, подготовки юношей к воинской службе, оно также предполагает привлечение казачьих обществ к участию в областных и муниципальных программах. Собравшиеся одобрили текст соглашения и направили его на рассмотрение Губернатору области Евгению Савченко.

Часть 4. Казаки моей малой родины

В 2001 году в Белгороде  на Учредительном Казачьем Круге было создано Волоконовское станичное казачье общество, которое зарегистрировали в Министерстве юстиции Белгородской области в мае 2012 года. Сейчас в казачьем обществе насчитывается 30 человек (Приложение 1).  В сентябре 2010 года из числа официально принятых казаков избраны атаман – Сотников Алексей Александрович – и кошевой – Дедяев Владимир Евсеевич. Алексей Александрович уже в чине сотника. Он награжден  крестом четвертой степени «За возрождение казачества», врученный самим войсковым атаманом центрального казачьего войска в Москве. Алексей не только обучает детей песне и музыке. Он растит и формирует в них характер патриотов, будущих защитников большого Отечества прежде всего посредством песни. И такое высоким казацким кругам любо (Приложение 2).

Казаки нашего района  участвуют в охране общественного порядка, обеспечении пожарной безопасности, военно-патриотическом воспитании молодежи. Их привлекают для охраны при проведении массовых мероприятий – праздновании Дней городов и районов, открытии православных храмов и т.п. (Приложение 3).

Волоконовский казачий ансамбль – постоянный участник районных, областных и российских концертов, фестивалей. В апреле 2012 года казаки были приглашены на Крестный ход у храма Христа Спасителя (Приложение 4).

Состав казачьего общества в Волоконовском районе постоянно меняется, так как желающие вступить в это общество есть и среди пожилых людей, и среди молодежи (Приложение 5,6). Из общего 30 казаков 27% составляют дети, и это хороший знак.

28 сентября в селе Хотмыжск Борисовского района Белгородской области состоялся VI Международный фестиваль славянской культуры «Хотмыж­ская осень», посвященный 280-летию образования Белгородской губернии, где в составе делегации принимали участие и казаки Волоконовского района.

12 июня 2011 года в Волоконовском районе проходил первый межрегиональный фестиваль казачьей культуры «Казачий круг».

Ансамбль казачьей песни «Вольница»  получил диплом за возрождение казачьей песенной культуры как участник областного конкурса мужских вокально-хоровых коллективов «Поющее мужское братство» в  2012 году.

Заключение

Казаки -  это феноменальное этническое образование, аналогов которому нет нигде в мире. Самобытный уклад, традиции и обычаи, нравы и культура делают этот субэтнос поистине уникальным. Казаком можно быть по рождению или стать после принятия присяги, можно хранить в сердце казачьи заповеди, будучи членом «Союза казаков России», а можно вступить в ряды реестровых казаков и нести государственную службу. Суть и смысл казачьих устоев от этого не меняется!  Результаты Всероссийской переписи населения должны подтвердить наметившиеся тенденции возрождения самосознания казаков по всей России. Может кто-то и называется «эльфом» или «гоблином», но настоящий казак точно знает кто он, несмотря на отсутствие графы «национальность» в российском паспорте.

Изучение истории казачества помогло нам больше узнать о наших земляках, о людях, которые помогают развиваться этому движению. Нам было очень интересно прочесть документы казаков.

Целью нашего исследования было проследить развитие казачества в нашей местности, показать роль этих людей в воспитании молодых поколений. Для осуществления этой цели и решения поставленных задач мы обратились к документам, изучили краеведческий материал в библиотеках и в школьном музее. Мы поняли, что эта тема очень интересная, что историю нашей страны создаем мы и наши близкие, что от нас будет зависеть сохранение ее традиций.